Афон

Житие мое...

Житие мое…
Как вы знаете, 9 октября прошлого года ушла в лучший мир моя незабвенная супруга Таня. Через некоторое время я стал задавать волнующий меня вопрос о монашестве. Один сказал: Я, как монах – за! Другой тоже сказал: «За! А иначе искушения замучают!» Третий сказал: Найди себе духовника!» И еще один сказал: «Нет! Сейчас рано» и уточнил «Не при этом митрополите». Он и является сегодня моим духовником.
Потом я полетел на Афон, чтобы послушать тамошних отцов. Игумена нашего Пантелеймоновского монастыря не было. Не везет мне с тем, чтобы увидеть этого великого мужа. Отец Исидор сказал канонически точную, но рискованную для меня в тех обстоятельствах фразу: «Иди к архиерею, пуст он решает». В последний афонский вечер я посетил иеродиакона Иоанникия с кельи «Живоносный источник». Мы знакомы с 2008 года. А он мне и говорит: «Отец, я живу один. Оставайся со мной! Будем жить, Господу служить»
Сказать, что это предложение лестное, это ничего не сказать. Многих ли из православных мужчин зовут на Святую Гору на ПМЖ. И с перспективой пострига в знаменитом Ватопедском монастыре! Но в это время я был увлечен общиной Никитского храма, которую искренне люблю и любил.
А потом грянул инфаркт. И тут же страну и мир накрыл короновирус. Но все было хорошо. Храм великомученика Никиты плыл в волнах благодати. А я вспоминая отца Иоанникия думал больше о том, что с больным сердцем я на Афоне, где келиотская жизнь очень трудна, быстро помру, и череп мой положат на полку.
В принципе, умереть на Афоне будучи не туристом, а настоящим афонитом – это удивительный подарок! И я не отвергаю такой возможности в будущем. Тем более самолеты в Грецию пока не летают, а мой отец Иоанникий оказался в России и тоже не может туда улететь. Он звонил мне и подтвердил свое предложение.
Нужно заметить, что 5 лет назад мне подарили небольшой участок земли, и я будучи еще клириком Кафедрального собора решил построить келью, чуть поменьше афонской, но чтобы все было как там. И чтобы на старости жить там и молиться, как молятся афониты.
7 июля грянула гроза. Меня сняли с настоятельства и определили в монастырь Николо-Малица. И нужно заметить, что этот монастырь живет по уставу близкому к афонскиму. Я въехал в монастырь не сразу. Но игумен намекнул, что пора въезжать, и что мои больничные листы архиерея не впечатляют, и он может прогневаться.
И вот я въехал, читаю на службах, и даже служил сам во вторник вечером и в среду утром Полуночницу, Утреню и Литургию. Так что я прохожу «курс молодого афонского бойца» недалеко от родного дома. Бог удивительным образом ведет нас по жизни. Я бы сам такого не придумал.
Что будет дальше? Не знаю. Я Бога не тороплю. В свое время Он найдет способ продолжит мое житие. И все будет в самом лучшем виде.




Келья на Афоне
Афон

О кочетковской секте (расколе).

Те люди, которые считают себя учениками московского священника Георгия Кочеткова изначально являются сектантами. Объясню. Не нужно делать детальный богословский анализ, ибо они сразу себя отделили от Церкви. «Это они, а это – мы». Так всегда ставился и так и сейчас стоит вопрос. Ведь нужно же новообращенным объяснять, почему выбрав кочетквское братство, а не обыкновенный православный приход они поступили верно. Кстати, так поступаю любый протестванты. Они (обычные православные верующие) верят неправильно, а мы верим правильно. «Их» организация неправильная (даже термин есть «приход»), наша организация правильная (община). Мы правильные книжки читаем, они нет. И богослужение у нас на русском, т.е. правильное, а у них на церковно-славянском языке неправильное.Да и на богослужении мы ведем себя особенно, стоим с русскими книжками, лобызаем друг друга с криками "Христос посреди нас!", когда эти дебилы поют символ веры. Мы будущее, они (т.е. Православие) – атавизм, прошлое. Сектантство и элитаризм, как говорится, на лицо. Совершенно очевидно, что община, построенная на таком основании, должна была иметь под собой некоторое учение, развязывающее ей руки, дающее возможно жить без оглядки. Таким учение стала экклесиология прот. Николая Афанасьева. Согласно этому учению, Поместной Церковью является Евхаристическая община, которой опять-таки по-Афансьеву, является приход. Если приход это Поместная Церквь, то внешнее управление, т.е. епископ и тому подобное не нужны. Поместная Церковь независима и самодостаточна, и не нуждается во внешнем управлении. Община-Церковь сама выбирает священство, епископ не может назначать или смещать никого. Поэтому для кочетковцев епархии и епископы никогда не играли никакой существенной роли. Они жили в своем параллельном мире, имея свои структуры, свое высшее образование, не обремененные необходимостью принимать общецерковные нормы. Зачем? Мы правы! И если в других общинах не так, то там плохо, а у нас хорошо. Нужно заметить, что у того же Николая Афанасьева есть еще один возмутительный тезис, который любят кочетковцы. "В Церкви были хорошие времена до эпохи Вселенских Соборов, а начиная с Соборов, Церковь уклонилась от истинного пути". Не стало, дескать, богословской свободы. Чуть что не так – ересь - какое противное слово! То есть авторитет Церкви, даже в лице ее Соборов и Святых Отцов – вовсе не авторитет. Не случайно у кочетковцев популярна еще одна тема – раннее Христианство. Дескать, вот тогда все было правильно – всеобщее священство лаиков(мирян), агапы с преломлением и благословением хлеба. Кажды может совершить таинство! Секта увлеклась исторической реконструкцией. И дело не реконструкции, а в том, что эти самочинные фантастические действия подаются в качестве истинных, в противовес «ложным» - Таинствам, которыми жила и живет наша Церковь, которые есть не фантазия люде, а действие Святого Духа.
Богослужение на русском языке – это лишь первая часть огромной программы по модернизации Церкви подготовленная Г. Кочетковым и его адептами. Если не поставить им заслон, мы не узнаем Церковь, в которую мы пришли когда-то. За русификацией и выборным священством придет женский епископат и служение гомосексуалиство, в то, чем богат любимый ими Запад.

Человек приходит в Церковь не спасать Ее. Он приходит, чтобы спасаться в Ней. «Что Церковь приняла и облобызала, то нам надлежит благоговейно принять и исполнить» - сказал однажды знаменитый старец-исповедник ХХ века архимандрит Серафим (Тяпочкин). Так будем верны Церкви, ее Преданию, ее Духу, который она пронесла через века.

P.S. Что надлежит делать? Не поддаваться соблазнам кочетковцев. И еще, я думаю, нужно просить архиереев и самого Патриарха решить вопрос об отлучении этой секты и ее руководителей от Православной Церкви. Раз и навсегда. До полного покаяния.
Афон

ДЫБР

Был в Москве. когда возвращался целый час простоял на вокзале в ожидании электрички... Надо было одеть толстый зимний подрясник. Но дома горячий чай с травками должен поправить ситуацию...

Короче говоря, я - жив!